Сразу после решения Верховного суда отменить регистрацию списка кандидатов в депутаты Госдумы от «Яблока» мы писали, что изначальная регистрация партии и последовавший за ней взрывной рост ее поддержки сломали базовый сценарий Кремля на этих выборах.
На тот момент у нас были данные за две недели мониторинга социальных сетей от проекта «Атлас выборов»: за этот период посты с упоминанием «Яблока» получили в 4,5 раза больше реакций, чем до регистрации списка. По этому показателю партия вышла на четвертое место, обогнав «Справедливую Россию» и приблизившись к КПРФ и «Новым людям». Последние тоже стремительно набирали реакции на фоне обсуждения их отличий от «Яблока».
Важно подчеркнуть особенности нашей выборки. Для мониторинга социальных сетей используются данные только четырех ресурсов: «ВКонтакте», мессенджера MAX, Telegram и YouTube. Первые две платформы подконтрольны государству и находятся под непосредственным управлением сына замглавы администрации президента России Сергея Кириенко. Оставшиеся — Telegram и YouTube — заблокированы в России. Другие популярные среди россиян платформы — Instagram, X и TikTok — в нашем мониторинге не представлены по техническим причинам (для полноценного сбора материалов с этих площадок нужно обращаться к компаниям, у которых есть договор с Meta, X и TikTok. Но в нынешних условиях и российские, и европейские фирмы боятся связываться со всем, что касается российских выборов). То есть наша выборка заметно смещена в сторону «государственнической» точки зрения.
Это ограничение придает полученным результатам дополнительную аналитическую ценность. Сам факт, что в заведомо смещенном в сторону провластных позиций сегменте цифрового пространства заметно проявляется запрос на открытое обсуждение политики и более активное политическое участие, позволяет предположить более широкое распространение таких настроений в обществе.
Регистрация «Яблока» и отмена этого решения как главные события избирательной кампании
После нашей предыдущей публикации появились новые данные. На неделе, когда стало известно, что «Родина» подала иск об отмене регистрации федерального списка кандидатов «Яблока», а Верховный суд его удовлетворил, эта тема вышла на первое место в российских социальных сетях. По вовлеченности — сумме реакций, комментариев и репостов — «Яблоко» стало очевидным лидером и выросло еще в 18 раз за неделю (а за месяц — уже в 80 раз).
Телевидение, которое остается основным источником новостей для россиян, формирует принципиально иную, искаженную, реальность. На шести главных федеральных каналах «Яблоко» с самого начала кампании почти не упоминалось. Больше всего эфирного времени партия получила как раз в дни отмены регистрации списка: тогда ей отвели чуть более шести минут на всех каналах за неделю. Ни разу за всю кампанию в эфире не прозвучала прямая речь кого-либо из представителей партии.
При этом в конце августа все оставшиеся в гонке партии получили бесплатное эфирное время на теле- и радиоканалах, а также в крупных печатных СМИ. Если бы «Яблоко» допустили, партия смогла бы размещать платную рекламу, в том числе в прайм-тайм, и впервые за всю кампанию телезрители услышали бы ее позицию. Это важный момент для понимания и общей картины, и причин снятия партии с выборов.
Тема ограничения политической конкуренции в избирательной кампании
Разумеется, после выдавливания партии из предвыборной гонки внимание и интерес к ней начали резко снижаться. Однако даже спустя две недели — к концу августа — «Яблоко» по соцсетевым метрикам сохраняло место в четверке лидеров, несмотря на сравнительно небольшое число публикаций с упоминанием партии.
Фокус внимания пользователей соцсетей начал смещаться к другим кандидатам и партиям, столкнувшимся с аналогичными обстоятельствами. Так, во второй половине августа, на неделе с 18 по 24-е, произошло сразу несколько событий, вызвавших показательную реакцию в социальных сетях. На съезде «Единой России» с программной речью выступил Владимир Путин, а КПРФ потеряла одного из наиболее заметных кандидатов в одном из регионов — бывшего депутата Госдумы и популярного YouTube-блогера Николая Бондаренко. Параллельно продолжалось снятие списков «Яблока» с региональных выборов, а также давление на кандидатов от других партий.
За неделю, на которую пришлись эти события, посты с упоминанием «Единой России», посвященные выступлению Владимира Путина, собрали 1,16 млн реакций (лайков, комментариев и репостов). Контент о снятии Николая Бондаренко получил 1,48 млн реакций — на 22% больше. Речь идет не о количестве упоминаний, в котором всегда присутствует существенная доля накруток, а именно о реакциях на публикации. По нашему опыту, на таких больших объемах этот показатель уже достаточно адекватно отражает реальный интерес аудитории.
Разрыв особенно показателен с учетом масштабов медиаресурсов, задействованных для освещения съезда «Единой России», на котором выступал президент. Речь идет обо всем спектре подконтрольных государству медиа — от телевидения, где «Единой России» отдали в десять раз больше эфирного времени, чем КПРФ, до пабликов и аккаунтов администраций небольших сел.
Если же посчитать все посты о снятии других кандидатов и партий, то по просмотрам они в сумме в два раза обгоняют публикации с упоминанием Владимира Путина за тот же период. Более четверти пользователей социальных сетей, которые на той неделе читали материалы о политических партиях, открывали новости и комментарии именно про снятие с выборов (при этом выборка исключала публикации с упоминанием «Яблока», поскольку к тому моменту партия уже выбыла из предвыборной гонки).
Люди хотят не слушать, а обсуждать
По сути, весь август — то есть с того момента, как кампания начала выходить из спячки, — избиратели активнее всего обсуждали не программы партий и не заявления главы государства в дни, когда на территории страны взрывались НПЗ и склады с товарами, а попытки властей еще сильнее ограничить и без того куцую конкуренцию на полностью управляемых выборах. Первоначальный план администраторов выборов, судя по всему, состоял в том, чтобы в условиях социально-политического перенапряжения провести голосование максимально тихо, рутинно и предсказуемо. Но ажиотаж избирателей вокруг ограничения конкуренции эту стратегию сломал.
Недопуск кандидатов и страх властей перед настоящим публичным обсуждением политики стали главной темой выборов. Правда, и власть, и сами партии эту тему стараются игнорировать. Сейчас, пожалуй, лишь КПРФ пытается использовать давление на своих кандидатов для разогрева и мобилизации сторонников. Однако люди продолжают следить за происходящим и остро реагировать на действия Кремля — причем уже не так важно, кого именно снимают, сильные эмоции вызывают сами эти решения. Нечто похожее, хотя, возможно, в еще более концентрированном виде, мы наблюдали во время отказов в регистрации кандидатам на выборах в Мосгордуму в 2019 году. Тогда протестное голосование привело к победе ряда «технических» кандидатов, которые вообще не вели кампанию.
Судя по реакциям в соцсетях, в обществе, похоже, снова возник запрос на обсуждение происходящего в стране и более активное политическое участие. Впрочем, политическая система движется в прямо противоположную сторону — к максимальному ограничению такого разговора. Подобные процессы уже проявлялись в 2011—2013 гг., но были прерваны аннексией Крыма. Затем они вновь набрали силу в 2017—2019 гг., однако и тогда процесс оказался остановлен — сначала пандемией и конституционной реформой, а затем новой войной.
