В ближайшие три года российские власти намерены потратить на «восстановление и социально-экономическое развитие» четырех оккупированных регионов Украины (Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей) примерно 865,6 млрд рублей, или $ 10 млрд. Проект федерального бюджета, который был внесен в Госдуму 30 сентября, предусматривает выделение 293,82 млрд рублей в 2027 году, 290,11 млрд в 2028-м и 281,65 млрд в 2029-м.
Государственная программа, в рамках которой должны быть выделены эти средства, появилась в декабре 2023 года. Оккупированные территории в ней названы «новыми регионами». Три года назад правительство планировало направить на эти цели в 2024—2026 гг. около 653,5 млрд рублей. Увеличение расходов говорит о том, что Москва намерена наращивать вложения в инфраструктуру и административные институты, через которые она стремится закрепить свой контроль над международно признанной территорией Украины.
Заявления Кремля о ситуации на поле боя тем временем все заметнее расходятся с оценками независимых аналитиков. На заседании клуба «Валдай» Владимир Путин рассказал, что в сентябре российские войска заняли 1,3 тыс. кв. км. По оценке Института изучения войны (ISW), им удалось установить контроль лишь над 175,54 кв. км. Одновременно с этим украинские силы освободили 256,35 кв. км. Таким образом, чистые территориальные потери России составили 80,81 кв. км. С марта чистые территориальные потери России, согласно подсчетам ISW, достигли уже 293,59 кв. км. Это результат операции «Вивальди», сведения о которой стали публичными лишь недавно. Даже если учесть проникновение российских подразделений в районы, которые они не контролируют полностью, можно говорить о расширении зоны их присутствия лишь на 174,44 кв. км. То, что даже в этой непростой ситуации Россия планирует значительные расходы на «восстановление» оккупированных территорий, говорит о том, что она все же рассчитывает на них закрепиться.
Бюджет продолжения оккупации
В сравнении с общим объемом российского бюджета расходы на оккупированные территории невелики. На программу приходится лишь около 0,6% всех трат, запланированных на 2027 год. Однако ее значение определяется не столько масштабом, сколько тем, что она остается одним из направлений, финансирование которого продолжает расти. Сталкиваясь с необходимостью наращивания военных расходов, правительство вынуждено жертвовать прочими. Какие-то из них даже сокращаются. Всего правительство предлагает потратить в 2027 году 48,8 трлн рублей, из которых 17,1 трлн придется на оборону. Это на 27% больше, чем предусматривал прошлогодний план. В то же время финансирование социальной политики, образования и здравоохранения, согласно проекту федерального бюджета, сократится по сравнению с прошлогодним планом на 7%, 6% и 6,8% соответственно. Нужно, конечно, оговориться, что речь здесь только о федеральных ассигнованиях. В значительной степени эти сферы финансируются на региональном и муниципальном уровнях. Тем не менее, сама динамика вполне показательна.
Содержание программы указывает на то, что российские власти основной своей задачей видят восстановление инфраструктуры: жилья, административных зданий и социальных объектов. В 2027 году на различные строительные работы планируется потратить 107,8 млрд рублей, в 2029-м — уже 124,1 млрд. Получателем средств выступает государственная компания «Единый заказчик в сфере строительства». Кроме того, еще по 60 млрд рублей ежегодно предлагается направлять Фонду развития территорий на восстановление коммунальной инфраструктуры. Еще 30 млрд рублей в год предусмотрено на строительство и ремонт зданий органов власти и силовых ведомств. Таким образом, программа финансирует не только восстановление гражданских объектов, но и создание материальной базы, необходимой для работы российских чиновников и силовиков.
Несмотря на рост расходов на строительство, финансирование программы постепенно сокращается: с 293,82 млрд рублей в 2027 году до 281,65 млрд в 2029-м. Общее сокращение связано с изменением структуры расходов. Некоторые направления, в том числе развитие распределительных электросетей, финансируются только в 2027 и 2028 годах. В опубликованных документов нет сведений о том, какие именно проекты и подрядчики получат финансирование по каждой из статей. Мы видим лишь направление расходования средств, но как именно заявленные планы будут реализовываться на практике, пока не понятно.
Экстренные трансферты показывают, в какие суммы в условиях оккупации обходится оказание базовых государственных услуг. В июне правительство выделило четырем оккупированным территориям около 6,5 млрд рублей на выплату пенсий за третий квартал. 20 августа еще 4,139 млрд рублей были направлены на поддержку коммунальных предприятий в Луганской и Херсонской областях. Эти средства предназначены для закупки оборудования, ремонта сетей, покрытия текущих расходов, а также выплат компенсаций поставщикам тепла, воды и услуг водоотведения. Премьер-министр России Михаил Мишустин заявил, что выделенные средства помогут подготовить коммунальную инфраструктуру к зиме. Эти расходы наглядно показывают разницу между долгосрочными капитальными вложениями и регулярными затратами, которые необходимы для поддержания работы базовых служб на оккупированных территориях.
Роль финансового сектора
7 сентября Сбербанк открыл в Мариуполе свой 32-й полноценный офис на оккупированных территориях. В пресс-релизе, который распространили местные СМИ, банк заявляет, что в трех регионах работают уже более 340 банкоматов и 17 тысяч платежных терминалов. Следует, однако, учитывать, что эти данные приводит сам банк, независимо их никто не подтвердил. По всей видимости, российская финансовая инфраструктура на оккупированных территориях действительно представлена достаточно широко, однако мы не знаем, насколько активно жители ее используют, как сильно они зависят от российских банков при получении зарплат и пенсий, а также при проведении деловых операций. Не хватает данных о числе владельцев счетов, объемах транзакций и доступности альтернативных финансовых сервисов.
Жилищные субсидии создают прямые финансовые стимулы для переселения. Действующая в оккупированных регионах льготная ипотечная программа позволяет гражданам России, отвечающим установленным требованиям, получать кредиты на покупку жилья по ставке 2% годовых на сумму до 6 млн рублей. Разница между льготной ставкой и стоимостью привлечения средств для банков компенсируется из федерального бюджета. Согласно официальному описанию программы, получить такие ссуды можно до конца 2030 года. Для сравнения, аналогичная программа в Курской и Белгородской областях действует только до конца 2026 года и распространяется на более узкий круг получателей — прежде всего на жителей, чье жилье было повреждено или уничтожено в результате боевых действий.
Цель, которую преследуют власти, не скрывается. В мае вице-премьер Марат Хуснуллин заявил, что льготная ипотека под 2% будет действовать до тех пор, пока продолжается «специальная военная операция», и что правительство заинтересовано в увеличении численности населения на оккупированных территориях. В июле власти увеличили объем субсидирования программы на 2026 год для шести регионов с 5 млрд до примерно 10 млрд рублей. Расширение срока действия программы и критериев участия позволяет предположить, что власти используют жилищное кредитование не только для компенсации ущерба, нанесенного войной, но и для стимулирования переселения. При этом доступные данные не позволяют установить ни количество выданных кредитов, ни то, какая доля заемщиков приходится на местных жителей, а какая — на переселенцев.
Ограничения финансовой интеграции
Финансовая экспансия России осложняется санкционными и юридическими рисками. В рамках 20-го пакета санкций ЕС включил в список организаций, с которыми запрещены финансовые операции, еще 20 российских банков. Ограничения вступили в силу 14 мая. Общее число российских банков, отключенных от европейской финансовой системы, достигло 70. Параллельно организации LexCollective, B4Ukraine и Ukrainian Legal Advisory Group направили в прокуратуру Международного уголовного суда сообщение в порядке, который предусмотрен статьей 15 Римского статута. В нем утверждается, что российские финансовые чиновники и руководители банков способствовали укреплению оккупационного режима в Херсонской области. Пока это лишь обвинения. Но в будущем финансовая деятельность, связанная с оккупированными территориями, может стать предметом правовой оценки.
Главный вывод состоит в следующем: сочетая долгосрочное финансирование инфраструктурных проектов с расширением банковской сети и предоставлением жилищных льгот, российские власти стремятся закрепить свое институциональное присутствие на оккупированных территориях Украины. Правительство финансирует эту политику из средств федерального бюджета, а ее реализации будет способствовать расширение сети Сбербанка. Льготная ипотека создает финансовые стимулы для переселения. Однако имеющиеся данные не позволяют утверждать, что эти инструменты сделали российский контроль необратимым или привели к возникновению глубокой финансовой зависимости от Москвы. Интеграцию оккупированных территорий могут подорвать военные неудачи, сложности с восстановлением разрушенной коммунальной инфраструктуры, недоступность жилья, слабый спрос, санкционные риски и зависимость от федеральных субсидий. Москва финансирует институты, с помощью которых рассчитывает сохранить контроль над оккупированными территориями. Но одних лишь денег для закрепления контроля над захваченными районами недостаточно.
