Из новых данных Росстата следует, что во втором квартале российский ВВП вырос на 1,3% к уровню прошлого года — это заметно лучше прогнозов ЦБ (0,8%) и Минэкономразвития (0,9%). Министр экономического развития Максим Решетников и правительство поздравили себя с тем, что российская экономика вернулась к росту. Однако на самом деле красивая цифра, которую нарисовал Росстат, поводов для оптимизма не дает: активность в частном секторе продолжила сокращаться, темпы роста зарплат в реальном выражении замедляются. Оборот розничной торговли во втором квартале вырос на 7,3% — после +3,6% в первом. Обрабатывающая промышленность прибавила 2,3%. Рост реальных доходов, судя по всему, составил 1,5%. При этом инвестиции вновь упали — на 6,6%. Хотя это более чем вдвое меньше темпов падения в первые месяцы года, вывод напрашивается суровый: даже «устойчивый» потребительский спрос не способен остановить непрекращающийся спад инвестиционной активности. Иными словами, рассчитывать на возвращение экономики к устойчивому росту в 2027 году не приходится, а свежий релиз Росстата следует воспринимать прежде всего как элемент подготовки к сентябрьским выборам в Госдуму.
Агрегированные данные о росте реальных зарплат не позволяют судить о состоянии российской экономики. Чтобы понять это, достаточно взглянуть на торговый баланс. В первом полугодии профицит российской внешней торговли вырос на 20% в годовом выражении, до $ 64,5 млрд. О чем это говорит? В ситуации, когда дефицит бюджета с начала года достиг 2,8% ВВП, а экономика не в состоянии производить больше гражданских товаров, потому что работает на пределе возможностей, рост профицита однозначно указывает на то, что «рост» доходов не вызывает адекватного отклика со стороны потребительского спроса. Нужно еще учесть, что рубль в этом году заметно укрепился из-за подорожания нефти. Некоторые отечественные производители не выдерживают конкуренции с импортом. В результате, например, производство обуви в первом полугодии сократилось на 12,4%. Если бы с потребительской активностью все было в порядке, бизнес инвестировал бы в развитие. Но этого не происходит. В июне мировой спрос на микрочипы подскочил на 123,6% в годовом выражении. В России же за первое полугодие спрос на продукцию микроэлектроники сократился на 8,8% (после падения на 25% в прошлом году). Если крепкий рубль не ведет к ощутимому росту импорта потребительских товаров, если производство гражданской продукции не демонстрирует рывка, если бизнес не импортирует инвестиционные товары — значит, у людей не появляется больше свободных денег и они не могут покупать больше.
Данные Росстата могут быть свидетельством того, что ситуация не ухудшилась, но ни о каком восстановлении речь не идет. Месяц назад генеральный директор «Ростеха» Сергей Чемезов доложил Владимиру Путину, что чистая прибыль оборонных гигантов сократилась с 2025 года на 42% (до 76,4 млрд рублей), несмотря на рост выручки на 25%. Это говорит о том, что даже раздутые государственные контракты перестают генерировать прибыль в условиях, когда ключевая ставка остается высокой, а издержки непрерывно растут. Сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) российских предприятий за январь-апрель 2026 года, по данным Росстата, снизился на 10%. Возможно, второй квартал оказался более удачным. Но это не будет признаком восстановления. Сокращение инвестиций обычно сопровождается снижением доходов по мере того, как до частного сектора доходит все меньше денег. Если инфляция в России действительно близка к 6%, это означает, что бизнес просто не может повысить цены, чтобы увеличить свою маржинальность. Может быть, дело в политических ограничениях. Может быть, в том, что потребители более высокие цены не потянут. Как бы то ни было, сокращение прибыльности тянет вниз инвестиции, потому что собственные средства — их главный источник. Сокращение инвестиций, в свою очередь, подрывает потенциал будущего роста и неизбежно ведет к дальнейшему ухудшению финансовых результатов.
Так что же происходит с реальными зарплатами? Вероятнее всего, дело в нефти. Рост цен на нефть укрепил рубль. В то же время в обычной гражданской экономике начался спад, из-за чего расходы бизнеса снизились. На фоне потерь в других секторах семьи военных за счет щедрых выплат от государства смогли резко нарастить свои траты. Именно выплаты военным и создали видимость благополучия.
Новости с Ближнего Востока не позволяют ценам на нефть опуститься, но российские нефтегазовые доходы за январь-июль по сравнению с 2025 годом все равно снизились на 17%. За последние три месяца российские акции рухнули на 30%, что отражает полное отсутствие оптимизма у инвесторов. Если добавить к этому предупреждение Сбербанка о том, что предприятия массово закрываются из-за роста налогов и регуляторного давления, данные Росстата начинают выглядеть еще более странно. Деньги, которые перераспределяются через военные выплаты, не могут быть реальным двигателем экономики: они либо уходят на импорт (что бьет по ВВП), либо разгоняют цены.
Подкручивание статистики — стандартный политтехнологический инструмент режима. Цифра, которую выдал Росстат, отвечают требованию Владимира Путина вернуть экономику к росту. Но «волшебной таблеткой», способной поддержать потребительский спрос и инвестиции, должна была стать недвижимость. При этом участники рынка открыто говорят, что цены больше не отражают ни реальные экономические показатели, ни покупательную способность. В результате, тот рост, который все еще может фиксироваться в нынешней ситуации, носит чисто иллюзорный характер. Факторы, которые его определяют, продолжают загонять гражданскую экономику в тупик.
