Государственное управление
Действующие лица
Институты
Политика

Политблок без границ

Андрей Перцев об империи Сергея Кириенко

Read in english
Фото: Scanpix

Сергей Кириенко возглавляет политический блок АП с 2016 года. За это время сфера фактических полномочий блока и контролируемых им вопросов сильно выросли. Сейчас это настоящая империя с обилием выносных структур — «автономных организаций», институтов развития и даже ВУЗов. От ведомства Кириенко теперь зависит и производство популярных сериалов, и кадровые конкурсы для чиновников, и программа в российских университетах. Естественно, политический блок Кремля продолжает заниматься выборами и контролировать партийную систему, а также региональные власти. В случае перехода Кириенко на другую должность ему будет достаточно просто переориентировать выносные структуры на себя.

Политблок: след в истории

Так называемый «политический блок» Кремля четко оформился в президентской администрации России при Владиславе Суркове в начале нулевых годов 21 века. В 1990-е гг. в АП при Борисе Ельцине тоже существовали управления, которые занимались региональной политикой, взаимодействием с Госдумой и Советом Федерации, партиями, но по большей части это было именно взаимодействие. Структура, которая постепенно начала полностью контролировать российскую политику, сформировалась после появления вертикали власти при Владимире Путине. Кремль получил контроль над парламентом через «Единую Россию» (союз «Единства» и «Отечества всей России», когда-то непримиримых врагов). Губернаторские выборы были отменены, Совет Федерации стали формировать не из самих глав регионов и спикеров региональных парламентов, а из назначенных представителей. Владислав Сурков и его подчиненные укрепляли вертикаль власти, пытались разработать путинскую идеологию, структурировали партийную систему, которая в целом была вполне лояльна Кремлю. В поле их контроля были выборы и противодействие несистемной оппозиции. Кроме того, политблок разводил по углам региональные элиты и оберегал от их атак кремлевских назначенцев-варягов. У Владислава Суркова был свой мозговой центр — Фонд эффективной политики, на него была замкнута «Росмолодежь» и провластное молодежное движение «Наши». По остаточному принципу Сурков и его люди курировали интернет, соцсети и интернет-СМИ как наиболее политизированное медиапространство. Главные медиа той эпохи — телевидение и крупные таблоиды — контролировал информационный блок АП.

Таким образом, границы политблока были достаточно четкими и определялись границами публичной политики, пусть и редуцированной. Владислав Сурков любил атмосферу интриг, а сам старался поддерживать имидж демиурга, мастера сложных многоходовок и управления хаосом. Поэтому даже в «Единой России» работала сложная система сдержек и противовесов с запрограммированным конфликтом секретаря генсовета и руководителя исполкома. Сурков управлял запрограммированными конфликтами с известным исходом и имел решающий голос в их купировании. Именно это создавало атмосферу тайны вокруг политблока и иллюзию его всевластности и огромной влиятельности — ведь искусственно созданными конфликтами и противоречиями среди не самых влиятельных фигур было нетрудно управлять. При этом даже в назначении губернаторов он имел, скорее, вспомогательную роль. Своих кандидатов продвигали в первую очередь влиятельные лоббистские группы, а блок Суркова обеспечивал движение документов в ходе которого, впрочем, действительно мог чем-то помочь одному из претендентов на кресло главы региона. Сами главы регионов ориентировались на своих покровителей и набирали команду из числа людей сотрудничавших со своей лоббистской группой. АП могла дать им рекомендации, к которым губернаторы могли и не прислушиваться.

Сменивший Суркова в кресле главы политблока Вячеслав Володин не расширил зону влияния своей структуры, но усилил ее контроль за «подведомственной территорией». Люди Володина взяли под полный контроль «Единую Россию». Кремль методами кнута и пряника полностью подчинил себе системные партии, а, соответственно, и Госдуму. Во времена Володина были возвращены губернаторские выборы. В какой-то мере это усиливало влияние политблока на региональную политику. Теперь он не только сопровождал кадровые документы кандидатов от влиятельных групп для их назначения врио губернаторов, но и руками лояльных политтехнологов вел их избирательные кампании. В целом политблок Володина существовал в границах, которые действовали при Владиславе Суркове.

Реформы Кириенко

Сергей Кириенко за семь лет работы первым замглавы АП серьезно расширил влияние политблока, а главное его границы. Он по-прежнему занимается выборами, контролирует Госдуму, региональную политику, системную оппозицию и противодействие оппозиции реальной. Но в той же региональной политике его влияние стало глубже, чем во времена предшественников. Естественно, кандидатов в губернаторы предлагают лоббистские влиятельные группы, но теперь этим кандидатам приходится обучаться на кадровых курсах, организованных Кириенко. Это стало практически неминуемой ступенью в карьере главе региона. «Школы губернаторов», которая повышает лояльность лично руководителю политблока, не было ни у Володина, ни у Суркова. Эта «школа», которая работает при РАНХиГС, входит в состав «большого политблока», в который входит несколько структур. Другая организация АНО «Россия — страна возможностей» проводит для Кремля кадровые конкурсы — например, «Лидеры России». Их победители идут работать в федеральное правительство, региональные органы власти, госкорпорации. И эти люди тоже попадают в орбиту влияния «большого политблока» и его руководителя — ведь они учат чиновников паттернам современной управленческой работы.

Губернаторский пиар настойчиво переводят под контроль созданного при Кириенко АНО «Диалог» — оно создает так называемые «Центры управления регионами», которые «продвигают» глав регионов в интернете. Соответственно, взаимодействие региональных властей с представителями «большого политблока» тоже растет.

Нельзя не упомянуть, что в первый год работы Кириенко «Единую Россию» фактически контролировал Вячеслав Володин, чьи люди занимались оперативным управлением партией. Это происходило, несмотря на то что новая должность Володина — спикер Госдумы — никак не предусматривала контроль над партией власти. В 2017 году люди Володина из партии были вытеснены, и она снова вернулась в орбиту политблока.

Интернет-империя

В последние несколько лет интернет в России стал основным источником информации для большинства россиян. Многие из них по привычке смотрят телевизор, но потом «проверяют» информацию в интернете, часть граждан вообще не включает ТВ. Высшее руководство страны не перевело соцсети, мессенджеры и крупные интернет-порталы под контроль информационного блока. Поэтому сравнительно малый капитал, полученный Кириенко в 2016 году, к 2024 году кратно вырос в цене. Теперь руководитель политблока и его люди курируют самый крупный медиа-актив в стране и всячески подчеркивают его значимость для большого начальства. Непосредственный контроль осуществляет управление Общественных проектов АП во главе с соратником Сергея Кириенко Сергеем Новиковым. Уже упомянутое АНО «Диалог» можно назвать интернет-подразделением «большого политблока» — оно контролирует крупные региональные и федеральные паблики «Вконтакте» и паблики госучреждений. Саму эту соцсеть, хоть и с небольшой натяжкой, тоже можно причислить к «большому политблоку» — ей сейчас управляет сын Сергея Кириенко Владимир и Степан Ковальчук, член дружественной первому замглавы АП семьи Ковальчуков. Еще одно «интернет-подразделение большого политблока» — Институт развития интернета, которым управляет бывший чиновник АП Алексей Гореславский. Эта структура раздает бюджетные деньги для производства самого разного контента — от патриотического до сериалов на заведомо популярные темы (например, «Слово пацана») и фильмы (к примеру, «Холоп»). С помощью ИРИ «большой политблок» Кириенко стал крупным, если не крупнейшим игроком в сфере кинопроизводства. Более того, тот же институт объявил, что создаст свой телеканал под названием «Мы», где будет транслировать современные сериалы и развлекательные программы. Так «большой политблок» получит серьезное влияние еще и в ТВ среде, пока полностью подконтрольной информблоку.

Не так давно еще одной выносной структурой «большого блока» Кириенко стал РАНХиГС. ВУЗ и так достаточно плотно взаимодействовал с АП, но при этом прямо подчинялся министерству образования (а потом министерству науки), которое и назначало его руководство. Долгое время РАНХиГС руководил Владимир Мау — влиятельный системный либерал. Сейчас ректором университета стал глава кириенковского АНО «Россия — страна возможностей» Алексей Комиссаров, его идеологическим заместителем в должности проректора — близкий соратник Сергея Кириенко, политтехнолог Андрей Полосин. Постепенно РАНХиГС становится «вузом для вузов» — он уже подготовил идеологический курс «Основы российской государственности» под руководством Полосина. Стоит ожидать, что Академия организует курсы для ректоров, проректоров и других управленцев сферы образования.

Гибкий политблок

Кроме того, границы «большого политблока» были расширены благодаря коллаборациям с Министерствами культуры, образования и просвещения. Это произошло из-за идеологизации этих сфер в последние годы. Управление общественных проектов постепенно стало главным российским цензором, а Министерства науки и просвещения взаимодействуют с политблоком при разработке и внедрении идеологизированных курсов, уроков, подготовке преподавателей и учителей для этих предметов.

В итоге узкий и достаточно простой по устройству политблок с четкими границами, который сформировался при Суркове и мало изменился при Володине, трансформировался в «большой политблок» Кириенко с обилием выносных структур, а его границы, как и границы России по выражению Путина", почти «нигде не заканчиваются».

Амбициозный Кириенко постарался сделать так, чтобы его мнение звучало и учитывалось во многих вопросах, которые раньше Суркова и Володина не касались. Он планомерно усиливал экспансию своего блока, создавая новые структуры и ориентируя на них федеральные и региональные органы власти. При этом Сергею Кириенко уже достаточно давно хочется поработать в менее хлопотной и более денежной должности — премьера, вице-премьера, снова стать главой крупной госкорпорации. Вполне вероятно, что после президентских выборов его мечта исполнится. В этом случае Кириенко оставит своему преемнику гораздо более богатое наследство, чем предшественники оставили ему. И вряд ли ему захочется терять такой актив. Лучший сценарий для текущего главы политблока — передать кресло своему человеку, например, тому же главе УОП Сергею Новикову. У Кириенко уже получилось оставить своего преемника в «Росатоме», возможно, ситуация снова повторится, особенно если Путин будет доволен результатами выборов. Но даже если главой политблока станет другой человек, у Кириенко есть возможность переориентировать части «большого блока» лично на себя. Возможность реализации этого сценария доказывает пример Вячеслава Володина, который долго не уступал Кириенко и его подчиненным «Единую Россию».

Сложная структура с обилием выносных решений в этом смысле еще более гибкая, все АНО и «институты» во многом находятся в серой зоне и возглавляются лично преданными людьми. Она легко замкнется на пост в правительстве — премьерский или вице-премьерский. Например, с правительством с момента основания работает то же АНО «Диалог», ИРИ может легко стать «оператором» Минкульта. Поэтому выносная часть «большого блока» Кириенко с очень большой степенью вероятности так и останется блоком Кириенко. Мы можем ожидать, что чиновник продолжит влиять на социально-гуманитарную сферу в России и определять ее облик, сочетая методы корпоративного управления с советскими комсомольскими практиками.

Самое читаемое
  • Будущее и настоящее Роскосмоса
  • «Элегантное» решение: потому что нам нужнее

Независимой аналитике выживать в современных условиях все сложнее. Для нас принципиально важно, чтобы все наши тексты оставались в свободном доступе, поэтому подписка как бизнес-модель — не наш вариант. Мы не берем деньги, которые скомпрометировали бы независимость нашей редакционной политики. В этих условиях мы вынуждены просить помощи у наших читателей. Ваша поддержка позволит нам продолжать делать то, во что мы верим.

Ещё по теме
«Элегантное» решение: потому что нам нужнее

Ирина Бусыгина о том, как российское правительство разбиралось с лизингодателями в гражданской авиации

Партии в коме

Андрей Перцев о том, что ждет российскую системную оппозицию

Проклятие «черной метки»: диффузия статуса «иностранного агента» в России и Казахстане

Всеволод Бедерсон о том, как статус «иностранных агентов» для российских НКО стал главным репрессивным инструментов в отношении гражданского общества, а также почему постсоветские автократии заинтересованы в его заимствовании

Поиск