Внешняя политика Постсоветское пространство Россия - ЕС Россия - США

Новая глава в отношениях России и Запада?

Антон Барбашин о ключевых последствиях дистанционной встречи Путина и Байдена

Фото: Scanpix

За событиями вокруг России в странах Запада так внимательно не следили, пожалуй, с 2014—2015 гг. На этом фоне 7 декабря прошла дистанционная встреча Джо Байдена и Владимира Путина. Некоторые комментаторы хвалят Байдена за начало диалога с Путиным, другие — проклинают за готовность обсуждать будущее отношений России и НАТО по запросу Кремля. В то же время Москва предъявляет странам НАТО свои претензии, а США и страны G7 грозят России большими последствиями и серьезными потерями в случае новых военных действий в Украине. Военные аналитики ежедневно отслеживают передвижения российских войск и оценивают вероятность полномасштабного вторжения с территории России, а российские дипломаты призывают НАТО в ближайшее время проявить готовность пойти навстречу России. Мы имеем дело с большим числом переменных, что не позволяет подвести хотя бы промежуточные итоги и разложить все по полочкам. Однако определенные выводы из этой встречи мы все же можем сделать.

Это была далеко не последняя встреча

В марте 2014 года, после того как российские войска взяли под контроль ключевые правительственные объекты на Крымском полуострове, Барак Обама объявил о планах по экономической и дипломатической изоляции России. И хотя успехов США добились только символических, да и то не на длительный период времени, сейчас можно с уверенностью констатировать, что Вашингтон отказался от политики изоляции России. Разговор Путина и Байдена по защищенному каналу видеосвязи (который на сайте Кремля именуется встречей) точно не станет последним — он положит начало целой серии переговоров и встреч. Путин уже заявил о своем желании увидеться с Байденом лично. Отдельным пунктом на повестке стоит встреча между Россией и НАТО, вероятно, в формате «5+1»: с одной стороны Россия, с другой — США, Великобритания, Франция, Германия и Италия. А если сюда еще добавить встречи и мероприятия по Ирану, кибербезопасности и нераспространению, мы получаем значительную интенсификацию отношений России и Запада. Такого плотного взаимодействия мы не наблюдали с «Перезагрузки» 2009 года.

Байдена вовсю критикуют за готовность обсуждать российскую обеспокоенность по вопросу расширения НАТО и европейскую безопасность в целом, а в Москве согласие на подобные разговоры воспринимается крайне позитивно, как важный фактор деэскалации. Однако пока рано делать выводы — одного только обещания говорить точно не хватит для того, чтобы убедить Москву отвести хотя бы часть войск от украинской границы. Но это не меняет простой истины: больше переговоров — лучше, чем меньше переговоров. Поэтому возвращение полноценной работы дипломатических ведомств по обе стороны океана будет важным сигналом готовности к диалогу.

Статус-кво отношений России и НАТО будет пересмотрен

Список требований Москвы к странам НАТО довольны внушительный: помимо денонсации итогов Бухарестского саммита 2008 года, на котором было принято решение о перспективах Грузии и Украины, Россия хочет гарантий, что страны НАТО не будут размещать определенные виды вооружения вблизи российских границ (как на территории стран НАТО, так и на территории соседних государств). Россия хотела бы ограничить некоторые виды военных учений стран НАТО и вернуться к обсуждению моратория на развертывание наземных ракет средней и меньшей дальности в Европе. Можно с уверенностью утверждать, что НАТО не сможет предоставить России юридические гарантии о невключении Украины и Грузии — это потребовало бы переписывания статьи 10 Североатлантического договора. Но теоретически можно обсуждать совместные обязательства России и НАТО по неразмещению определенных видов вооружения и запрет на проведение некоторых видов учений в оговоренной близости к границам друг друга. Можно рассматривать это как новую версию Договора об обычных вооруженных силах в Европе, пусть и в более ограниченном формате. Подобная договоренность, безусловно, потребует полной взаимности и системы верификации, которой будут доверять обе стороны. Более того, это, скорее всего, потребует отвода части техники от северо-западной границы в районе Балтийского моря и поднимет вопрос, что делать с «крепостью Калининград» и техникой, находящейся в Крыму. Учитывая, что это именно Россия переживает (как минимум на уровне официальной риторики) о наступлении НАТО к своим границам, у Москвы не будет иного выбора, как идти на взаимный компромисс, чтобы достигнуть желаемых результатов.

С учетом текущего уровня доверия (скорее — недоверия) между странами НАТО и Россией и неизбежной критикой подобной дискуссии со стороны стран Центрально-Восточной Европы, диалог Россия-НАТО будет крайне сложным. Но в свете того, что Байден на него вообще согласился, стоит ожидать по меньшей мере символических изменений нынешнего статус-кво. Россия как минимум с 2008 года многократно просила начать разговор о европейской безопасности. Дать шанс Кремлю высказать все свои желания и предложения — куда менее болезненная история, нежели принципиальный отказ слушать российскую позицию.

США — часть Минского процесса

С момента разговора с Путиным Байден сделал несколько важных заявлений об американской позиции в отношении Украины. То, что в принципе было уже известно, но было необходимо еще раз озвучить как для Москвы, так и для Киева, — это полупубличное заверение, что как минимум в ближайшее десятилетие Украина не станет членом НАТО. Не менее важным было официальное заявление Байдена о том, что войска США (и стран НАТО) не будут отправлены защищать Украину. Подобное заявление Байдена не стало сюрпризом, но для Вашингтона, очевидно, было важно еще раз отреагировать на российские предупреждения о «повторении грузинского сценария 2008 года». Другими словами, Байден подтвердил, что на возможную российскую агрессию США будут отвечать валом из санкций, а уже потом отправкой военной помощи Украине.

Что не менее, а, возможно, и более важно — это сигнал Вашингтона о поддержке разблокировки минского процесса через давление на Киев с целью предоставления большей автономии территориям на Донбассе. Ожидается, что со стороны США донбасским урегулированием займется хороша известная в России Виктория Нуланд. Ей придется работать с Дмитриев Козаком.

Как отмечают в Москве, Кремль поверит в то, что Вашингтон действительно готов и способен помочь с Украиной как только Киев инкорпорирует «формулу Штайнмайера» в украинское законодательство. Россия и Украина все еще очень по-разному видят логику последовательности реализации минских соглашений, но, возможно, визит помощницы госсекретаря США Карен Донфрид в Москву и Киев 13−15 декабря как раз станет очередной попыткой сблизить эти позиции.

На данный момент выглядит так, что почти все основные претензии Москвы, которые предположительно и привели к текущему положению вещей, были так или иначе озвучены в рамках диалога Путина и Байдена. Однако пока российские войска в значительной концентрации находятся непосредственно у украинской границы, вероятность радикальной эскалации насилия нельзя полностью исключать. Именно поэтому ближайшие несколько недель будут определяющими для всего следующего года: станет ли 2022-й годом, когда удалось избежать большой войны или же история вернется в самом ее устрашающем виде?

Самое читаемое
  • Игра по новым правилам
  • «Боятся — значит, уважают»
  • «Вахтовое государство»
  • Итоги «газовой войны»
  • Антивоенная волна эмиграции: уехать нельзя остаться
  • Странный уход с МКС

Независимой аналитике выживать в современных условиях все сложнее. Для нас принципиально важно, чтобы все наши тексты оставались в свободном доступе, поэтому подписка как бизнес-модель — не наш вариант. Мы не берем деньги, которые скомпрометировали бы независимость нашей редакционной политики, а рынок «безопасных» грантов при этом все время сужается (привет, российское законодательство). В этих условиях мы вынуждены просить помощи у наших читателей. Ваша поддержка позволит нам продолжать делать то, во что мы верим.

Ещё по теме
«Вахтовое государство»

Андрей Перцев о том, как и зачем Кремль формирует на Донбассе новый класс «служилых людей»

Итоги «газовой войны»

Владислав Иноземцев о причинах и последствиях текущего энергетического кризиса

«Вторая республика» и «узкий коридор»

Андрей Семенов о перспективах политических реформ и внешней политики Казахстана

Поиск