За время, прошедшее после летней военной кампании 2025 года, российские войска добились заметных тактических успехов вдоль линии соприкосновения, однако в настоящее время не просматривается никаких реальных предпосылок для крупного оперативного или стратегического прорыва. России не удастся достичь своей главной стратегической цели — подчинить Украину в 2026 году, — не прорвав украинские оборонительные линии.
Нынешняя стратегия российского руководства, судя по всему, строится на трех основных принципах.
Первый — систематическое разрушение гражданской инфраструктуры Украины, в первую очередь энергетической, с целью причинить максимальные страдания населению и подорвать его волю к сопротивлению в условиях продолжающейся агрессии.
Второй — война на истощение украинской армии, чтобы не позволить ВСУ эффективно оборонять всю протяженность линии фронта.
Третий принцип — захват административных границ украинских областей, которые Владимир Путин объявил частью России в 2022 году. Полная оккупация этих территорий позволила бы российскому руководству представить любое соглашение о прекращении активных боевых действий как «победу» для внутренней аудитории.
В рамках реализации первого принципа Россия значительно нарастила использование дронов типа «Шахед», которые практически каждый день задействованы в воздушных ударах, парализовавших энергетическую инфраструктуру Украины и вызвавших отключения электроэнергии на востоке и в центре страны. В Киеве ситуация, пожалуй, одна из самых отчаянных за все годы войны: больше половины жителей и домохозяйств столицы страдают от периодических многодневных отключений воды, тепла и электричества на фоне продолжающихся морозов. Учитывая значительные ресурсы, которые Россия направила на эту кампанию ударов по инфраструктуре, российское руководство, по всей видимости, делает серьезную ставку на подрыв общественной сплоченности, стремясь сломить готовность населения продолжать сопротивление. Расчет, вероятно, состоит в том, чтобы додавить украинское общество и элиты до согласия если не на полную капитуляцию страны, то по крайней мере на принятие соглашения, в целом выгодного России.
На этом фоне российская армия продолжает вести войну на истощение противника, сосредоточив усилия на так называемых «новых территориях». За последние несколько месяцев эти действия оказались успешными в Донецкой и Запорожской областях, но менее успешными в Харьковской области. Российские войска захватили территории, сопоставимые по площади с приобретениями большей части летнего боевого сезона 2025 года, однако ценой все более высоких человеческих потерь.
Когда разговариваешь с теми, кто находится в Украине, или читаешь заявления и признания украинского руководства, понимаешь, насколько измучено украинское общество. Большую часть своего новогоднего обращения к нации Зеленский посвятил признанию той продолжающейся травмы, которую переживают украинцы, настаивая при этом на необходимости продолжать борьбу ради достижения соглашения, выгодного Украине. С первых же предложений своей речи Зеленский максимально прямолинейно, безо всяких экивоков, обратился к украинскому обществу: «Устали ли мы? Сильно. Значит ли это, что мы готовы сдаться? Сильно ошибается тот, кто так думает». Зеленский одновременно задает рамку восприятия происходящего для массовой аудитории своих сограждан и посылает Кремлю сигнал о том, что нынешняя стратегия принуждения Украины к капитуляции через изнурительные бомбардировки не сулит российской стороне победы.
Эскалация бомбардировок
Общедоступные данные о запусках российских ракет свидетельствуют о продолжающемся с мая 2025 года устойчивом нарастании интенсивности и масштабов воздушных ударов по Украине. Единственным заметным исключением стало кратковременное затишье в середине лета 2025 года.
Наиболее значимой тенденцией остается устойчивый рост масштабов ежедневных атак. Рекордные показатели были зафиксированы 9 июля и 7 сентября 2025 года: в эти дни общее количество примененных Россией средств воздушного нападения превысило 740 и 800 единиц соответственно. В ходе сентябрьской атаки российским войскам удалось поразить правительственное здание в центре Киева — случай крайне редкий для нынешней фазы войны.
Российская кампания бомбардировок оказалась заметно более эффективной, чем в предыдущие зимние периоды. Отключения электроэнергии приобрели более масштабный и продолжительный характер, особенно в областных центрах, расположенных ближе к линии фронта. Министерство энергетики Украины, вынужденное работать в условиях продолжающегося крупного коррупционного скандала (речь идет о хищениях на миллионы долларов), проводит плановые веерные отключения во всех областях страны с целью экономии и перераспределения ограниченных ресурсов. Беспрецедентные по длительности и охвату отключения уже произошли в Днепре и Запорожье.
В июне 2025 года Вооруженные силы Украины (ВСУ) провели масштабную операцию по поражению российских арсеналов бомбардировщиков, расположенных на стратегических базах в четырех разных областях РФ. В результате ударов было повреждено не менее 40 самолетов, а полностью уничтожено — по меньшей мере 10. Среди уничтоженных и поврежденных самолетов было не менее 15 Ту-95 и 12 Ту-22.
Целью украинской операции были именно эти самолеты и аэродромы, поскольку они служат основными платформами для запуска крылатых ракет семейства Х-101/Х-555. Эти неядерные варианты крылатых ракет были изначально разработаны для оснащения ядерными боезарядами и могут запускаться только с крупных стратегических бомбардировщиков, таких как Ту-95, Ту-22 и других самолетов семейства «Туполев», рассчитанных на более тяжелую боевую нагрузку. Для Украины эти ракеты представляют особую проблему, поскольку благодаря значительно большей массе боевой части они способны поражать цели, недоступные для беспилотников типа «Шахед».
Данные о зарегистрированных пусках показывают, что после июньских ударов Россия не снизила интенсивность применения Х-101/Х-555 и даже вернулась к прежним показателям по количеству ежемесячных запусков. Так, в сентябре 2025 года было зафиксировано 120 пусков этих ракет, что сопоставимо с показателями августа 2024 года (115 пусков). Хотя достоверных открытых данных за первые шесть-семь месяцев полномасштабной войны нет, пиковые значения использования этих систем пришлись на ноябрь 2024 года (195 пусков) и октябрь 2022 года (185 пусков).
Оставшийся парк стратегических бомбардировщиков по-прежнему способен создавать серьезную угрозу для Украины. Однако дальнейшие удары по аэродромам и интенсивная эксплуатация уцелевшей техники могут начать снижать оперативный темп применения этих ракетных систем.
Традиционные крылатые ракеты в оперативном применении постепенно отходят на второй план, уступая первенство системам типа «Шахед». Атаки с использованием этих дронов-камикадзе теперь происходят почти ежедневно. Россия активно наращивает как производственные мощности и пусковые площадки, так и оперативный темп применения. В течение 2023 года среднее количество «Шахедов» в ежедневных ударах обычно не превышало 50 единиц. В 2024 году этот показатель приблизился к 100. С мая 2025 года среднее число «Шахедов» в одной атаке стабильно превышает 150, а в июне 2025 года перевалило за 200 в сутки. Хотя речь идет именно о средних значениях, тенденция очевидна: Россия способна задействовать все большее количество этих дронов, а сами залпы становятся все масштабнее.
При этом концептуальная грань между «Шахедом» как дроном-камикадзе и более дешевой крылатой ракетой все сильнее размывается. Конструкция активно дорабатывается: новые модели по форме, аэродинамике и функционалу все ближе к крылатым ракетам. Некоторые версии уже оснащаются турбореактивными двигателями.
В последние месяцы в утечках из украинской разведки появились изображения макетов советских штурмовиков Су-25, переоборудованных в пусковые платформы для нового поколения «Шахедов». Хотя двигатели на экспериментальных образцах, показанных публично, выглядят компактными, их производство в значительной степени опирается на коммерчески доступные китайские образцы, а не на изделия АО «ОДК». Это требует гораздо меньших технических и производственных усилий по сравнению с более сложными системами.
Именно такая масштабируемость имеет решающее значение для России. Она позволяет преодолевать многоуровневую систему противовоздушной обороны Украины, которая уже превратилась в одну из самых мощных в мире.
Вооруженные силы РФ даже вернулись к использованию путинского «Орешника», который, как предполагают эксперты, является неядерной версией российских баллистических ракет. Это второе задокументированное использование данной ракеты. Украинские официальные лица утверждают, что ракета была запущена не в полностью оснащенной боевой конфигурации. Российская сторона настаивает, что целью удара стал Львовский государственный авиационный ремонтный завод, построенный еще в советское время. Предварительные отчеты из открытых источников осторожно подтверждают эту версию и указывают на сходство с предыдущим использованием «Орешника» для удара по «Южмашу». Остается неясным, почему Россия сознательно отказалась от полной боевой нагрузки при запуске «Орешника».
Эта боевая система обладает реальным разрушительным потенциалом, поскольку способна нести куда больший заряд взрывчатого вещества, чем другие образцы обычного вооружения в российском арсенале. В отличие от более громоздких и неудобных в обращении видов оружия, которыми российское руководство демонстративно бряцает для нужд внутренней и внешней пропаганды, у «Орешника» есть реальное военное применение. Американские военные теоретики и стратеги исследуют аналогичные системы для нанесения ударов по аэродромам еще с 1960-х гг. Достижения в области технологий наведения делают сокрушительное применение подобного оружия более реальным, чем 60 лет назад. Пока Россия воздерживается от использования «Орешника» против крупных правительственных зданий в Киеве, однако полностью исключать вероятность подобной атаки нельзя. Если российское военное руководство решится на подобный шаг, его вряд ли что-то остановит.
Эти усилия по нанесению все более интенсивных ударов по Украине представляют собой прямую реакцию на хронически слабые результаты российской армии на линии фронта. При этом трудно оценить психологическое воздействие этой массированной бомбардировочной кампании на население Украины, однако Кремль, судя по всему, исходит из предположения, что сумеет сломить волю украинского общества к сопротивлению. Удары по объектам электро- и теплоснабжения сами по себе вряд ли приведут к обрушению фронта, но стратегическая логика здесь иная: деморализованное, измотанное и травмированное население может оказаться более склонным к принятию любого соглашения, которое российское руководство затем сумеет представить как «победу» перед внутренней и международной аудиторией.
Тактические и оперативные изменения
С сентября Россия добилась значительных тактических успехов в Донецкой и Запорожской областях, но по-прежнему не может реализовать никаких оперативных или стратегических прорывов. В январе продолжительность битвы за контроль над Донецкой областью перевалила за символический рубеж в 1418 дней — именно столько длилось нацистское вторжение в Советский Союз, закончившееся капитуляцией Берлина. Российская армия продолжает медленно продвигаться вперед, неся при этом высокие человеческие и финансовые потери.
Основные боевые действия осенью и в начале зимы были сосредоточены вокруг небольшого города Покровск и его окрестностей. Российские войска сначала активизировали действия в юго-западных районах Покровска. Если верить сообщениям, к октябрю 2025 года до трети всех боевых действий на фронте происходило в Покровске. К 20 октября украинские подразделения сообщили, что российские группы проникновения достигли центра Покровска. Эта тактика — просачивание небольших штурмовых групп вглубь обороны благодаря относительно низкой плотности украинских войск — стала одним из ключевых элементов российских наступательных операций в 2025 году. Из-за противоречивости поступающих заявлений сторон, точно определить день, когда российские войска полностью установили контроль над городом, затруднительно. Однако к декабрю значительные силы уже вошли в его центральные районы.
С точки зрения территориальных завоеваний, Россия также добилась прогресса, захватив небольшие деревни в Днепропетровской и Запорожской областях. Взятые по отдельности, эти деревни не обладают самостоятельной стратегической или оперативной ценностью по сравнению с другими ключевыми пунктами вблизи основных центров боевых действий. На шоссе Н-15, соединяющем Запорожье с Донецком, российские войска добились лишь ограниченного продвижения. Им так и не удалось захватить населенный пункт Искра (Андреевка-Клевцово), который обеспечивает переправу через реку и доступ к Днепропетровской области по шоссе N15.
Вместо продвижения по прямому маршруту на Запорожье российские войска добились наибольших успехов южнее основной трассы. С 1 сентября 2025 года по середину января 2026 года они продвинулись примерно на 25 км вглубь в полосе шириной около 30 км, сосредоточив усилия на изолированных деревнях и небольших населенных пунктах. Центром тяжести этого участка наступления стал город Гуляйполе. Здесь российские войска столкнулись с упорным сопротивлением подразделений территориальной обороны 102-й и 106-й бригад. При этом более боеспособные российские части по-прежнему сосредоточены на линии от Донбасса до российской границы. Украинские комментаторы отмечают, что ВС РФ адаптируются к слабым местам ВСУ в этом секторе, используя более крупные отряды размером с взвод. Если раньше российские штурмовые группы состояли из двух-трех солдат, то теперь на некоторых участках задействуют пять-шесть.
В Запорожской области российские войска действовали также на крайнем западе региона — в меньшем, но все же заметном масштабе. В декабре 2025-го и январе 2026 года усиленным атакам подверглись Степногорск и Приморское. Эти города, которые с 2022 года находятся на украинской стороне линии фронта, расположены примерно в 25 километрах от самого Запорожья. Прежде чем российские войска смогут угрожать столице области, им необходимо преодолеть естественные препятствия, в том числе форсировать приток Днепра — реку Конку. Тем не менее, учитывая небольшое расстояние, любые города и села, расположенные вдоль этой оси, увеличивают зону угрозы прямого огня для самого города.
Далее на север, 2-й корпус Украины, сформированный на базе бригады Национальной гвардии Харькова «Хартия», в декабре провел успешную контратаку в Харьковской области недалеко от Купянска. Украинские войска сосредоточились на захвате лесистых возвышенностей к северо-западу от Купянска и продвижении обратно в город. Солдаты из этого подразделения утверждают, что российские войска в Купянске не имеют наземных линий связи через реку и, по аналогии с Курской операцией, используют газовую инфраструктуру — трубы нефтепровода - возле села Голубовка для проникновения в Купянск и обеспечения себя всем необходимым.
Эта оценка украинских военных может быть вполне достоверна, но российские войска при этом все же сохраняют куда более прочный и уверенный контроль над деревнями и переправами через реку Оскиль, чем год назад. Степень эффективности использования этих переправ для снабжения частей неясна из-за постоянной угрозы атак беспилотников, но известно, что российские войска захватили переправы через реку к северу от Купянска еще в январе 2025 года. Украинские источники признают, что с июня 2025 года Россия удерживает Двуречную — стратегически важный поселок городского типа, расположенный примерно в восьми километрах от лесных массивов и деревень, которые Украина уже отбила. В октябре и ноябре 2025 года российские войска расширили контроль над некоторыми деревнями вдоль границы Белгородской и Харьковской областей. Этот процесс захвата небольших деревень и поселков на северо-западе Харьковской области проходит очень медленно, но служит базой для будущего потенциального продвижения российских войск в Харьковской области.
В 2022 году Россия взяла под номинальный контроль все эти районы вплоть до реки Северский Донец. Если российские войска применят ту же тактику, что в Донецке и Запорожье, им придется продвинуться еще на 40−60 километров на запад от своих нынешних позиций вдоль фронта протяженностью примерно в 45 километров, чтобы отбить деревни и города к северу от шоссе, соединяющего Купянск с Харьковом. Для того, чтобы реализовать более стратегический ход — продвинуться на юг к Изюму и отрезать украинские войска в Донецкой области, что Россия пыталась сделать, но не смогла в начале 2022 года, — нужно отвоевать недавно утраченные территории в Купянске и преодолеть еще 60 километров в южном направлении. Учитывая медленные темпы продвижения, увязать операцию в Купянске с более широкими оперативными целями России в Донбассе в 2026 году попросту невозможно. Максимум, на что здесь могут рассчитывать российские войска, — это сковать украинские подразделения и отвлечь организационное внимание ВСУ от других участков фронта, где Россия способна добиться продвижения.
В осенне-зимний период ВС РФ добились тактических успехов в боевых действиях на границе Донецкой и Луганской областей. В декабре российские войска захватили город Северск, которому за многие годы боевых действий неизменно удавалось оставаться неподконтрольным российской стороне. Украинские командиры 10-й и 54-й бригад, ответственные за этот участок фронта, были впоследствии уволены по обвинению в фальсификации рапортов о том, какие позиции на самом деле контролировала Украина. Неэффективное управление остается серьезной проблемой в украинской армии, но она компенсируется еще более неэффективным управлением на российской стороне. После захвата Северска российские войска создали базу для дальнейшего движения вглубь Украины и постепенно продвигались на запад через небольшие деревни между Северском и Славянском.
Битва за Краматорск и Славянск (их по праву можно назвать опорными городами Донбаса) по-прежнему маячит на горизонте. От нее нас отделяет от нескольких месяцев до года, в зависимости от того, сколько сил каждая сторона бросит на этот участок фронта. Даже самые оптимистичные Z-военкоры отмечают, что до завершения битвы за Донбас ВС РФ предстоит пройти с боями еще десятки километров. Если российские силы останутся верны своей нынешней тактике, основанной на приоритетном использовании пехоты, то на достижение этих целей без прорыва украинских линий обороны придется положить еще десятки, а то и сотни тысяч солдат. Подобная тактика позволяет российской армии сберечь танки и другую бронетехнику для будущих операций, где они будут абсолютно необходимы.
Перспективы
Скоро исполнится четыре года с начала полномасштабного вторжения России в Украину. Обе стороны по-прежнему испытывают серьезные трудности, но сохраняют способность продолжать боевые действия на нынешнем уровне интенсивности. Россия и впредь будет терроризировать гражданское население Украины и пытаться деморализовать его настолько долго, насколько позволят имеющиеся у нее финансовые и военные ресурсы — в первую очередь авиация и ракетные запасы. Фактические прогнозы относительно динамики на фронте остаются крайне неопределенными, однако предыдущие решения сторон и стратегические реалии могут служить хотя бы некоторым ориентиром.
Если смотреть на положение дел на поле боя, то очевидно, что после Покровска основной целью российской армии станут оставшиеся крупные населенные пункты Донецкой области. При сохранении текущей динамики и при условии, что украинским войскам будет по-прежнему не хватать плотности личного состава на этом участке, к концу 2026 года Россия может захватить значительную часть Донецкой области.
В мае 2024 года Россия начала неудачную операцию по захвату северной части Харьковской области. В 2025 году попытки продвинуться в Сумскую область с использованием наиболее боеспособных формирований также закончились провалом. В ближайшие месяцы российскому военному руководству предстоит решить, сколько людских и материальных ресурсов оно готово перебросить в горячие очаги за пределами Донбасса.
Как в Курске, так и в Купянске украинская армия показала, что способна проводить наступательные операции, отвоевывать территории и эффективно использовать в своих целях проблемы российских подразделений. Украинскому командованию придется решить, куда направить свои наиболее боеспособные силы. События в Гуляйполе и Северске продемонстрировали, что плохо управляемые армейские части и силы территориальной обороны могут удерживать позиции лишь ограниченное время. Пока российские войска продвигаются настолько медленно и неэффективно, что это терпимо. Почти наверняка украинское руководство продолжит стратегию поиска и эксплуатации слабых мест в российских линиях, нанося удары именно там, где они принесут максимальный политический эффект.
На данный момент нет никаких признаков того, что какая-либо из сторон достаточно истощена, чтобы согласиться на мирную сделку. Украина, имея на то веские основания, опасается, что международное сообщество в какой-то момент бросит ее на произвол судьбы, после чего Россия, восстановив силы, вновь вторгнется на ее территорию. Для Путина Украина стала самым серьезным кризисом за все 26 лет его правления: он не готов признать поражение и допустить ту внутриполитическую нестабильность в российском обществе, которую может вызвать проигрыш в войне.
Если ни одной из сторон не удастся добиться решающего стратегического прорыва, боевые действия будут продолжаться — или даже нарастать — вплоть до 2027 года.
