17 марта 2026 года уроженец Нальчика, юрист, известный Z-блогер и один из самых активных кремлевских доносчиков Илья Ремесло опубликовал в своем Telegram-канале текст под заголовком «Пять причин, по которым я перестал поддерживать Владимира Путина». Пост в одном только Telegram быстро набрал больше 560 тысяч просмотров. В нем Ремесло назвал агрессию против Украины «тупиковой войной (…), которая ведется исключительно ради комплексов Путина», описал, какой экономический ущерб она наносит России, осудил алчность правящей элиты и обрушился с критикой на интернет-цензуру и насильственное внедрение «кириенковского мессенджера» MAX. Он заявил, что 26 лет пребывания Путина у власти — это уже слишком, посетовал на отсутствие настоящей политической оппозиции и упомянул в шестом пункте, добавленном на следующий день, «безумную, на грани болезни тягу (Путина) к роскоши». Итоговый вывод звучал жестко: «Владимир Путин не является легитимным президентом. Владимир Путин должен уйти в отставку и отдан под суд как военный преступник и вор».
Удивительно в этом манифесте не то, что провоенный Z-блогер и верный исполнитель кремлевских заказов вдруг заговорил как критик режима — такие повороты, хотя и редко, но все же случались. Поразила именно прямота и жесткость нападок не только на самого Путина, но и на его ближайшее окружение и семью.
Риторика Ильи Ремесло неожиданно оказалась очень близка к той, которую использовал Евгений Пригожин в последние месяцы перед своим мятежом, и к языку российской оппозиции в эмиграции. При этом сам Ремесло был профессиональным доносчиком: он сыграл заметную роль в уголовном деле против Алексея Навального и, по собственному признанию, работал по прямым указаниям Администрации президента и связанных с ней политтехнологов, в частности Константина Костина.
Для любого человека внутри кремлевской системы такая публичная измена должна была быть немедленно наказана (именно это, судя по всему, и произошло: почти сразу после поста Ремесло оказался в психиатрической клинике). Если, конечно, подобный демарш не связан с серьезной антипутинской фракцией внутри самой элиты. 18 марта Telegram-канал Ремесло замолчал. Блогера поместили в Санкт-Петербургскую психиатрическую больницу имени Скворцова-Степанова — учреждение, с печальной славой места, в котором против советских диссидентов применялась карательная психиатрия. Однако уже 27 марта появились сведения о его выписке.
Мы, вероятно, никогда не узнаем, что именно сподвигло блогера на этот манифест. Отражает ли он его искренние убеждения или является результатом шантажа или попыткой предотвратить уголовное дело против самого Ремесло? Не исключено также, что текст был заказан какой-то недовольной группой внутри элиты или даже запущен самой Администрацией президента, чтобы проверить общественную реакцию.
При этом Telegram-канал Ремесло сам по себе служит ценным текстовым источником, анализ которого позволяет проследить, как со временем менялась его риторика. Для этого были собраны все публикации канала с момента его создания в ноябре 2018 года до последнего поста 18 марта 2026 года — всего 8835 записей. Поскольку исследование в первую очередь посвящено периоду после начала полномасштабного вторжения в Украину, анализ ниже охватывает сообщения с января 2022 года (7373 записи).
Истинные мотивы Z-блогера остаются загадкой, однако по его нарративам и их трансформации можно проследить как скрытые конфликты внутри кремлевской элиты и сообщества военных блогеров, так и более широкие общественные настроения и растущее недовольство.
Частота публикаций (2022−2026 гг.)
На Рисунке 1 показана ежемесячная активность Ильи Ремесло с января 2022 года. Четыре крупных всплеска активности видны невооруженным взглядом.
Первый пришелся на февраль-март 2022 года, сразу после начала полномасштабного вторжения в Украину. Количество постов резко выросло — с 76 в январе до 231 в марте, когда Ремесло активно включился в роль провоенного комментатора и пропагандиста.
Второй всплеск произошел в марте 2024 года на фоне президентских выборов (206 постов). Ремесло активно агитировал за переизбрание Путина, атаковал оппозиционных кандидатов (в частности, Бориса Надеждина) и восхвалял рекордную явку и национальное единство во время войны.
Третий пик наблюдался в марте 2025 года — тогда канал выдал рекордные 338 постов. Почти вся активность была связана с переговорами между Трампом и Путиным по Украине: 61% публикаций упоминали Трампа или США, а четверть была посвящена теме мира и непосредственно переговоров. Именно в этот период Ремесло демонстрировал максимальную лояльность режиму, называя действия российской дипломатии «шахматами высокого уровня».
Последний и самый интенсивный всплеск пришелся на период с ноября 2025-го по январь 2026 года (289, 333 и 385 постов соответственно). При этом драйверы этой активности значительно отличались от предыдущих волн: если раньше локомотивом выступали прорежимные посты, то в этом период в фокусе внимания блогера оказались споры вокруг Алаудинова, конфликты из-за интернет-цензуры и обсуждение того, как легко США удалось похитить венесуэльского лидера Мадуро. За этим последовал резкий спад в феврале-марте 2026 года, предшествовавший публикации антипутинского манифеста.
Telegram-сеть Ремесло
Рисунки 2 и 3 показывают, из каких Telegram-каналов Илья Ремесло чаще всего делал репосты и на какие ссылался в течение всего рассматриваемого периода.
До октября 2025 года центральное место в его информационной экосистеме занимали два источника. Главным был канал «МИГ России» — крупный военный блог с аудиторией более 500 тысяч подписчиков. С января 2022-го по сентябрь 2025 года Ремесло сделал из него 128 репостов и сослался на него 166 раз. На втором месте находился «ВЛагерь» с 77 репостами. Оба канала придерживались провластной линии по вопросам войны и геополитики.
В октябре-декабре 2025 года ситуация резко изменилась. На первое место вышел канал «Зов Аида», который ведет «Аид» — командир чеченского спецназа «Ахмат». За эти три месяца Ремесло сделал из него 35 репостов и сослался на него 38 раз. При этом «МИГ России» практически пропал из информационной экосистемы блога: Ремесло сделал из него всего четыре репоста. В то же время на второе место вышел канал «Два майора» с 22 репостами. К концу марта 2026 года последний входил в число крупнейших каналов военкоров с аудиторией около 1,28 млн подписчиков. «Два майора» быстро набирал популярность благодаря тревожной, алармистской риторике после вторжения украинских войск в Курскую область. Это еще раз показало, что нагнетание тревоги и критика недостатков в управлении армией могут быть вполне успешной стратегией для наращивания аудитории. С апреля 2024 года «Два майора» также управляет благотворительным фондом, собирающим деньги для фронта. С конца 2025 года Ремесло регулярно репостил призывы канала к донатам на конкретные подразделения. В свою очередь «Два майора» публично поддержал командира Аида и «Ахмат» в конфликте внутри сообщества блогеров-военкоров за контроль над фронтовыми пожертвованиями. Канал «Два майора» также намекал на необходимость проведения чисток внутри элиты, призывал к полной мобилизации экономики и критиковал бывшего министра обороны Сергея Шойгу.
«Зов Аида» активно поддерживал командира спецназа «Ахмат», замначальника Главного военно-политического управления Минобороны Апти Алаудинова во время его публичного конфликта с рядом военкоров. В фокусе Z-блогеров тогда оказались чеченские батальоны и финансовые потоки фронтовых пожертвований, которые отдельно друг от друга собирали конкурирующие группы военкоров. Сам Ремесло поначалу жестко критиковал «Ахмат». Однако после угроз со стороны командира «Ахмата» и записи с ним совместного видео, в котором было объявлено об «урегулировании конфликта», Ремесло резко сменил позицию и перешел на сторону Алаудинова. В ноябре-декабре 2025 года Ремесло 51 раз репостил контент самого Алаудинова. Параллельно в его канале заметно выросло присутствие откровенно манипулятивного провластного проекта Underside (32 упоминания). Ремесло активно продвигал его «расследования» о якобы западном финансировании оппозиции и даже направил в ФСБ официальное заявление на основании одного из таких материалов. Этот период можно считать финальной фазой его лоялистской деятельности, когда он открыто выступал в роли кремлевского «цепного пса».
В январе-марте 2026 года на первое место в информационной экосистеме блогере вновь вернулся «ВЛагерь» (32 репоста), тогда как упоминания «Зова Аида» и «Двух Майоров» значительно сократились, а отсылки к каналу Underside исчезли полностью.
Электоральные нарративы: от «национального единства» 2024 года к «необеспеченному внутреннему тылу» 2026-го
Из 410 постов, связанных с выборами и опубликованных с 2022 года, 56% содержали военную лексику — то есть Ремесло обычно обсуждал выборы и войну в единой связке. При этом его освещение президентских выборов марта 2024 года и предстоящих в сентябре 2026 года выборов в Госдуму демонстрирует, как сильно трансформировались его нарративы, связанные с войной.
В 2024 году Ремесло выступал в привычной роли штатного пропагандиста режима. В 33 постах он подробно разбирал провалы Бориса Надеждина в сборе подписей, высмеивал попытку Игоря Гиркина выдвинуться на выборы из тюрьмы, критиковал западные усилия по непризнанию результатов и превозносил официальную явку (77,44%) как доказательство «национальной консолидации».
К марту 2026 года его риторика радикально изменилась. 7 марта он заявил, что не будет голосовать за «Единую Россию» и не станет помогать в проведении выборов — хотя, по его собственным подсчетам, ранее он участвовал в 33 избирательных кампаниях на стороне Кремля. Блогер отметил, что России нужна настоящая политическая конкуренция, честные выборы полезны государству, потому что заставляют выдвигать более сильных кандидатов, а выборы в Думу выполняют роль предохранительного клапана, который снимает социальное напряжение.
1 марта Ремесло вновь использовал военную лексику в контексте выборов: «Впереди еще выборы в Госдуму и подведение их итогов (…). А следовательно, необходимо иметь прикрытые внутриполитические тылы». В этом случае военная метафора выглядит осознанной и неслучайной: необеспеченный внутренний тыл ослабляет военные усилия.
Дугин, «охранота» и разные понимания «патриотизма» среди военкоров
Илья Ремесло упоминал Александра Дугина в 35 постах, и его отношение к нему постепенно становилось все более пренебрежительным. Признавая Дугина публичным интеллектуалом, Ремесло последовательно отрицал, что тот обладает каким-либо реальным политическим влиянием. Он описывал Дугина как человека, который «создает иллюзию собственной значимости», не имея при этом доступа к рычагам власти.
Сам Ремесло позиционировал себя как классического либерал-консерватора правого толка, ориентированного на рынок, прогресс и развитие. Дугина же он считает полной противоположностью: архаичным, антикапиталистическим псевдоконсерватором, который тянет Россию назад. Ремесло называл это «дремучим охранительством».
Показательной стала его кампания против «охраноты». Так Ремесло презрительно обозначал группу блогеров, которых обвинял в том, что они получают деньги за слепую защиту режима и подавление любой обоснованной критики. Он изображал «охраноту» как паразитов, отождествляющих Родину с конкретными чиновниками и превращающих патриотизм в оружие против честного разговора о проблемах. К концу декабря Ремесло уже открыто называл их «кончеными охранотными дегенератами», а 19 января 2026 года объявил, что против представителей «охраноты» в российские суды было подано сразу четыре иска, включая один от его собственного имени.
В контексте этой кампании следует обратить внимание на то, как менялось использование слова «патриот» в его канале. Термином «радикал-патриоты» Ремесло обозначал фигуры вроде Пригожина, Гиркина (Стрелкова), Татарского и военкоров, чья ультранационалистическая риторика сочеталась с требованиями эскалации войны и масштабных чисток. Со временем в канале Ремесло заметно изменилось соотношение между уничижительными ярлыками («лжепатриот», «ура-патриот», «шизопатриот», «псевдопатриот») и позитивными или нейтральными определениями («настоящий патриот», «здоровый патриот»). К 2025−2026 гг. негативные эпитеты уже преобладали примерно в соотношении два к одному.
Кульминацией стала статья от 14 ноября 2025 года «О псевдопатриотизме и лже-охранительстве». В ней Ремесло объединил все эти категории в единую схему. По его мнению, и радикальный псевдопатриотизм, и покорная «охранотная» позиция — это проявления одной и той же проблемы: «добровольного раболепства», которое порождает ложный патриотизм. За этими обвинениями стоят не только материальные причины (борьба за спонсорство, рекламу и контроль над пожертвованиями на фронт), но и реальная разобщенность военкорского сообщества, в котором конкурирующие фракции претендуют на монополию на «правильный» патриотизм.
Telegram, Max и интернет-цензура
Позиция Ремесло по вопросам регулирования Интернета в России, пожалуй, ярче всего показывает трещину внутри провластного лагеря.
Со временем отношение блогера к Павлу Дурову заметно изменилось. В 2022—2023 гг. Ремесло называл основателя Telegram «трусливым бизнесменом», который сотрудничает с западными спецслужбами. После ареста Дурова в Париже в августе 2024 года он неожиданно встал на его защиту, заявив, что независимо от личных качеств Дурова это нарушение российского суверенитета. К 2025−2026 гг. судьба самого Дурова отошла на второй план. Главной проблемой для Ильи Ремесло стало целенаправленное удушение Telegram и принудительное «переселение» пользователей в запущенный весной 2025 года мессенджер Max. Ремесло упорно называл последний «кириенковским мессенджером», напрямую связывая проект с первым заместителем главы Администрации президента Сергеем Кириенко и обвиняя в сложившейся ситуации «цифровых ура-патриотов».
14 февраля Ремесло риторически спросил: «Это у нас такая подготовка к выборам в Госдуму? Чтобы
Впрочем, за риторикой защиты свободы слова скрывается вполне прагматичная озабоченность, характерная для всего сообщества военкоров. Монетизация их работы во многом опирается на Telegram. Именно через него идет сбор пожертвований на фронт, от которых зависят военные. У мессенджера есть и важная для милитаризированного сообщества коммуникационная составляющая: с его помощью солдаты общаются с родными, а власти граничащих с Украиной регионов информируют жителей отдаленных поселений.
Венесуэла и Иран как отражение внутренней деградации России
Задержание венесуэльского президента Николаса Мадуро американцами в начале января 2026 года привело к резкому росту частоты упоминаний в канале Ильи Ремесло имени Владимира Путина — 53 раза всего за одну неделю. Блогер ожидаемо не поддержал американскую спецоперацию, назвав ее «подлым американским империализмом». Однако сам факт произошедшего он расценил как наглядное свидетельство краха венесуэльского режима. «Речь идет о договорнячке спецслужб США с большинством венесуэльских правящих элит. Сдали Мадуро — и все нормально, полный консенсус», — написал он. Для него падение Мадуро стало яркой иллюстрацией «отрицательного отбора» элиты: «Показные лояльность и угодничество, а тем более кумовство — еще не значат, что правителя будут защищать его соратники. Скорее наоборот».
События в Иране дали блогеру дополнительные аргументу в поддержку своей позиции. 10 января, комментируя протесты в Иране, Ремесло отметил: «Первопричины этих протестов созданы самой иранской властью. Основные — это проблемы с экономикой и ущемление личных гражданских прав населения, уход от светскости». На следующий день он добавил, что аятолла Хаменеи «давно уже вредит своей стране, он физически и морально неспособен ее вести в правильном направлении». Исходя из этого, Ремесло задал закономерный вопрос: «Зачем он держится за власть (…)? Нельзя править страной столько времени без реформ и изменений».
Показательно, что 9 января Ремесло объединил Россию, Иран и Венесуэлу в одну группу государств, пораженных «чиновным безразличием», где каждый чиновник «возделывает свой уголок», пока вся система медленно, но верно деградирует.
Выводы
Когда именно риторика Ремесло обрушилась на режим и лично на Путина? Если ориентироваться на его Telegram-канал, перелом произошел в январе-феврале 2026 года. Утверждения самого блогера о том, что идеи антипутинского манифеста он «вынашивал много лет», можно уверенно отбросить. Время разворота его риторики совпало с несколькими важными внутренними дискуссиями внутри российского режима и общества, контуры которых хорошо прослеживаются в тематике канала.
Первая дискуссия касается ведения войны и связанных с ней противоречий внутри элит. Переориентация Ремесло на каналы, связанные с «Ахматом», и его риторический альянс с Апти Алаудиновым оказались недолговечными. Антиэлитные настроения и алармизм по поводу неудач на фронте помогают военкорам наращивать аудиторию, однако границы допустимой критики гражданского и военного руководства в условиях войны остаются размытыми и постоянно смещаются.
В военное время влияние Минобороны объективно растет. Назначение Андрея Белоусова министром обороны в 2024 году, судя по всему, сопровождалось попытками навести порядок в военных расходах и обуздать коррупцию. Это вызвало серьезные трения с представителями окружения его предшественника — Сергея Шойгу. В отношении самого Шойгу давление усиливается через уголовные дела против его ближайших соратников — Тимура Иванова и Руслана Цаликова. Пренебрежительный тон Ремесло в адрес пропагандиста Владимира Соловьева, которого ассоциируют с Сергеем Шойгу, а также его тезис о том, что «отрицательный отбор» элиты и подхалимство подрывают дееспособность государства и в итоге провоцируют предательство элит (развернутый через параллели с Венесуэлой и Ираном), хорошо ложатся в логику внутрирежимных антикоррупционных чисток. Впрочем, прямой связи с какой-либо конкретной фракцией не прослеживается. Другими словами, достоверно установить, на стороне какого лагеря играет Ремесло, пока не удается.
Вторая линия конфликта связана с регулированием Интернета и предстоящими в сентябре 2026 года выборами в Госдуму. Кампания Ремесло против удушения Telegram и насильственного продвижения мессенджера Max, который он напрямую приписывает Сергею Кириенко и Администрации президента, формально основана на принципах свободы слова. Однако для военкоров, чья монетизация, сбор пожертвований и связь с фронтом полностью зависят от Telegram, такая репрессивная политика представляет прямую угрозу. Ремесло явно связывает цензуру с думской кампанией, предупреждая, что чрезмерные запреты могут оттолкнуть даже лояльную часть общества. Сам Кириенко также находится под перекрестным огнем: арестован его соратник Антон Сериков, а Белоусов, по данным некоторых источников, отверг список «ветеранов СВО», предложенный Кириенко для следующего созыва Думы. Это указывает на борьбу внутри режима за то, кто может считаться «настоящим» ветераном войны. Эта тема перекликается с кампанией Ремесло против «фальшивых патриотов» и «охраноты».
Третье, более спекулятивное измерение касается общей экономической стратегии и элитного консенсуса относительно дальнейшего курса войны. С начала 2026 года, по имеющимся данным, усилилось влияние Игоря Сечина на переговорную позицию России с США. Одновременно в публичном поле активно обсуждается возможная замена премьер-министра Михаила Мишустина. Уголовное дело против Сергея Мацоцкого и признание фонда Almaz Capital Partners инвестора Александра Галицкого «экстремистской организацией» свидетельствуют о растущем давлении на Мишустина.
Нарративы Telegram-канала Ремесло отражают текущие конфликты внутри элиты, растущее недовольство в сообществе военкоров (в котором ситуацию, по наблюдениям Ивана Филиппова, все чаще характеризуют как «предреволюционную») и в обществе в целом. Был ли разворот Ремесло вызван сменой спонсора, изменением приоритетов прежнего покровителя, искренней личной эволюцией или сочетанием этих факторов — по одним только текстам установить невозможно. Данные показывают лишь одно: сдвиг не был внезапным. Он вызревал несколько месяцев и повторял линии разломов, проходящих через российскую военную и политическую элиту. Прямой удар по самому Путину остается самой загадочной частью этой истории. Даже Евгений Пригожин во время своего мятежа избегал подобных прямых атак.
