В ходе недавнего голосования в ООН по резолюции, осуждающей российское полномасштабное вторжение в Украину в четвертую годовщину его начала, Индия вновь воздержалась. Для большинства наблюдателей это не стало неожиданностью: Россия продолжает занимать приоритетное место в стратегических расчетах Нью-Дели.
Исторические связи, уходящие корнями в эпоху холодной войны, многолетнее военно-техническое сотрудничество, а также схожие — хотя и не полностью совпадающие — взгляды на устройство мирового порядка, включая идею многополярности и укрепление межнациональных связей внутри евразийского пространства, остаются ключевыми императивами двусторонних отношений.
Нью-Дели не только воздержался от осуждения в ООН российского вторжения, но и последовательно отказывается присоединяться к западным санкциям. На бумаге отношения между Индией и Россией остаются неизменными. Не изменились они и после российской аннексии Крыма 12 лет назад. В обоих случаях (после аннексии и начала полномасштабного вторжения) руководство Индии призывало к прекращению огня и остановке военных действий, повторяя, что война не выгодна ни одной из сторон.
При этом в предыдущее десятилетие официальному Нью-Дели приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы отстоять свои собственные экономические интересы на фоне растущего противостояния России с Западом. Дошло до того, что США пригрозили ввести вторичные санкции против Индии в рамках Закона о противодействии противникам Америки посредством санкций (CAATSA) в связи с закупкой Индией российской системы противоракетной обороны С-400. В 2021 году Индия добилась от США исключения из списка вторичных санкций. Санкции, введенные непосредственно против России до 2022 года, не оказали значительного влияния на Индию, однако блокировка системы SWIFT для российских банков и исключение страны из мировой западноцентричной финансовой архитектуры в начале 2022 года существенно повлияли на двустороннее партнерство.
Москва и Нью-Дели после 2022 года
На фоне продолжающегося сотрудничества, включавшего поставки систем вооружения и военной техники, индийские нефтеперерабатывающие предприятия начали закупать у России большие объемы нефти. В 2021 году, то есть до начала полномасштабного вторжения в Украину, Индия импортировала российской нефти на $ 2,3 млрд. В 2022 году эта цифра составила уже $ 25,5 млрд, в 2023-м — $ 48,6 млрд, в 2024-м — $ 52,7 млрд. При этом среднесуточный объем импорта в 2024 году превышал 1,7 млн баррелей.
Решение Индии не присоединяться к западным санкциям против России вызвало заметное раздражение на Западе. Индию там рассматривают как важную региональную державу, которая постепенно углубляет связи с западными странами, разделяет схожие подходы к архитектуре безопасности в Европе и Индо-Тихоокеанском регионе и обладает значительным влиянием на страны Глобального Юга. Тем не менее, Индия оказалась в числе двух третей стран мира, отказавшихся поддержать санкционный режим. Для многих это стало еще одним сигналом фрагментации существующего мирового порядка.
Сами санкции все же оказали опосредованное влияние на двусторонние отношения. Хотя общий объем торговли оставался стабильным, сотрудничество частного сектора заметно просело. С российского рынка ушли несколько крупных индийских компаний, включая Infosys, Larsen & Toubro, Tata Industries, Aditya Birla Group и Kotak Mahindra. Даже запуск механизма расчетов в рупиях через специальные счета «востро» не смог полностью снять опасения индийского бизнеса. Поскольку банковские операции по-прежнему зависят от глобальных кредитных рейтингов, а у большинства российских компаний они негативные, эта проблема особенно остро проявилась в сфере инвестиций и транзакций, не связанных с энергетикой. С учетом традиционной осторожности и низкой толерантности к рискам индийского частного бизнеса крупные конгломераты, такие как Infosys и Tata Group, предпочли свернуть деятельность в России, чтобы не ставить под угрозу свои западные интересы.
Впрочем, этот отток не оказал серьезного влияния на общую динамику отношений. Экономическая составляющая в индийско-российском партнерстве изначально была второстепенной, поскольку основу всегда составляло военно-техническое сотрудничество. Кроме того, у индийских компании изначально не было заметного присутствия на российском рынке.
Экономические отношения выходят на первый план
Даже на фоне очевидных трудностей обе страны считают укрепление экономических связей важной задачей. Эта тенденция особенно заметна на фоне постепенного ослабления традиционного военно-технического партнерства.
Россия остается важнейшим поставщиком вооружений для Индии, однако ее доля в индийском военном импорте планомерно снижается: с пиковых 72% в 2010—2014 гг. до 49% в 2021-м и 40% в 2025 году. Около двух третей индийских вооруженных сил до сих пор оснащены российскими системами, однако Нью-Дели последовательно диверсифицирует военные закупки и развивает собственное военное производство. Индия сохраняется интерес к закупке дополнительных комплексов С-400, их новой модификации С-500 и других передовых систем (таких как радиолокационные комплексы «Воронеж»), но продолжающаяся война в Украине и сбои в цепочках поставок негативно влияют на перспективы развития военно-технического сотрудничества.
В этих условиях экономическая составляющая отношений вышла на первый план как инструмент поддержания и актуализации двустороннего партнерства. Высокий уровень торговли сегодня во многом обеспечивается благоприятной геоэкономической конъюнктурой. Индию и Россию связывают три основных торговых коридора: традиционный маршрут через Суэцкий канал, Восточный морской коридор между Ченнаи и Владивостоком, а также Международный транспортный коридор «Север-Юг», проходящий через Иран. При этом реальный экономический импульс в двух последних коридорах остается слабым. Например, усиление санкционного давления на Иран, инициированное президентом США Дональдом Трампом, снизило экономический импульс МТК «Север-Юг» в кратко- и среднесрочной перспективе. На восточном направлении у Индии нет сравнительных преимуществ: на Дальнем Востоке России доминирующую роль играет Китай. Кроме того, индийские экспортеры сталкиваются с высокими транспортными расходами. В совокупности с угрозой вторичных санкций все это оставляет лишь узкие ниши для укрепления торговых связей между двумя странами.
С начала полномасштабного вторжения России в Украину углеводороды занимают доминирующее положение в импорте Индии из России. В 2025 году объем торговли между двумя странами составил $ 68,7 млрд, из которых $ 56,9 млрд пришлось на импорт российских углеводородов. Объем индийского экспорта при этом не превысил и $ 5 млрд.
Несмотря на формальный рост показателей, низкий объем несырьевой торговли и отрицательное для Индии сальдо торгового баланса показывают, что даже при повороте России на восток и статусе Индии как одного из ее ключевых партнеров реальное экономическое сближение остается довольно скромным.
Роль США в отношениях между Индией и Россией
В первые годы после начала полномасштабного вторжения в Украину, когда президентом США был Джо Байден, Россия оставалась источником напряженности в отношениях между Индией и США. Однако серьезных вторичных санкций, угрожавших индийским интересам, почти не вводилось — за исключением пакета санкций, введенных в 2025 году против «Газпромнефти», «Сургутнефтегаза» и 183 танкеров, перевозивших российскую нефть.
После возвращения Дональда Трампа в Белый дом в Вашингтоне поначалу рассчитывали, что отношения Индии и России продолжат развиваться по траектории, сложившейся до 2022 года. Однако по мере роста внутреннего давления на Трампа из-за его бездействия в Украине на фоне нового витка эскалации с российской стороны Конгресс США изменил свой подход: ужесточил вторичные санкции и ввел ограничения на покупку российской нефти третьими странами, уделив при этом особое внимание Индии.
Это лишь обострило и без того существующую напряженность. В прошлом году руководство Индии отвергло предложение Трампа о посредничестве в индийско-пакистанском конфликте, не проявило интереса к закупке истребителей F-35 и не смогло достичь с США соглашения по торговой сделке. Вашингтон, в свою очередь, ввел 25-процентные вторичные тарифы, доведя общий уровень пошлин на индийские товары до 50%. Санкции против «Лукойла» и «Роснефти», введенные в октябре прошлого года, вынудили индийские нефтеперерабатывающие компании сократить закупки российской нефти. Несмотря на это, правительство Индии последовательно отстаивало принцип стратегической автономии и отказывалось позволять внешнему давлению влиять на свою внешнюю политику и энергетическую безопасность.
Хотя США в итоге отменили дополнительные пошлины и заключили с Индией временное торговое соглашение, инцидент обнажил две важные реальности. Во-первых, отношения Индии с Россией больше не защищены от вторичных санкций. Во-вторых, транзакционный подход Вашингтона к Индии ставит под сомнение надежность США как стратегического партнера. Последнее в итоге привело к дальнейшему укреплению индо-российских отношений, о чем свидетельствует череда визитов индийских и российских официальных лиц. Только за август 2025 года Россию успели посетить советник по национальной безопасности Индии Ажит Довал и министр иностранных дел С. Джайшанкар. Всего за год состоялось не менее пяти визитов индийских официальных лиц высшего уровня. В целом это свидетельствует о том, что Россия по-прежнему занимает важное место в экономических и политических расчетах Нью-Дели.
На фоне переориентации Трампа на Индо-Тихоокеанский регион и его более примирительной позиции в отношении Китая Нью-Дели также скорректировал свой подход к Пекину. Несмотря на сохраняющуюся напряженность, двустороннее сотрудничество укрепляется. Ярким сигналом наметившейся перезагрузки стала первая за более чем семь лет поездка индийского премьер-министра в Китай на саммит ШОС в Тяньцзине (31 августа — 1 сентября 2025 года).
Война в Иране вызвала ослабление контроля за соблюдением санкций, и США предоставили Индии временное исключение, позволяющее продолжить закупки российской нефти. МИД Индии вновь заявило, что на закупки нефти не повлияло давление третьих стран. В связи с существенным ростом спроса на энергоносители в Индии после закрытия Ормузского пролива индийские нефтеперерабатывающие предприятия увеличили закупки российской нефти. В марте индийские нефтепереработчики закупили более 60 млн баррелей нефти у России, что в очередной раз доказывает: направление энергетических потоков определяют рыночные механизмы и санкции, а российские энергоресурсы по-прежнему играют важную роль в расчетах Индии.
Что это значит для двусторонних отношений?
Существующие драйверы отношений между Индией и Россией, а также недавняя цепочка событий говорят о том, что Москва занимает важное место в стратегических расчетах Индии. Недавний визит Путина в Нью-Дели вселил в наблюдателей определенную уверенность в укреплении двустороннего партнерства. Несмотря на санкционное давление, экономическое сотрудничество, судя по всему, ожидает подъем: именно оживление и диверсификация торговли были объявлены приоритетной задачей на декабрьском саммите Индия-Россия.
Пока мировые энергетические рынки остаются в состоянии турбулентности, энергетическое сотрудничество между двумя странами будет сохраняться. Индийское руководство продолжает внимательно наблюдать за развитием российско-китайского партнерства, однако сохраняет уверенность, что Москва будет учитывать интересы Индии — страны, имеющей ключевое значение для евразийского вектора российской внешней политики.
При этом, несмотря на достаточно устойчивое функционирование двусторонних связей в условиях санкций, в экспертном сообществе преобладают скорее осторожные и пессимистичные оценки. Мировой финансовый порядок остается однополярным и глубоко завязан на доллар. В условиях современной глобализации санкции наносят серьезный ущерб третьим странам.
Если еще недавно отношения Индии и России не привлекали особого внимания аналитиков, то с 2022 года они превратились в заметный раздражитель для Запада. Это создает ощущение, что будущие потрясения и турбулентность мирового порядка будут оказывать все более сильное влияние на российско-индийские отношения. А качественному развитию партнерства между Индией и Россией, вероятно, будут препятствовать санкции.
