По данным лояльного Кремлю ВЦИОМ, партия «Новые люди» (НЛ) вышла на второе место в партийных рейтингах с 10,7% поддержки. У КПРФ, согласно этому опросу, 9,2%, у ЛДПР — 9,7%. Еще в декабре прошлого года «Новые люди» занимали только четвертую строчку (7,7%). При этом опросы ФОМ и сейчас дают «Новым людям» только 5% (ЛДПР — 10%, КПРФ — 8%).
Мы уже отмечали стремление Администрации президента отобрать у КПРФ статус второй по популярности партии. Изначально на эту роль прочили ЛДПР, которая после смерти Владимира Жириновского полностью управляется из Кремля и зависит от его воли. Однако нынешняя динамика рейтингов «Новых людей» говорит о том, что план по выводу ЛДПР на второе место буксует.
Новый лидер либерал-демократов Леонид Слуцкий явно не тянет на роль яркого публичного политика. Партия со времен Владимира Жириновского не предусматривала других заметных фигур помимо председателя. Ультрапатриотическая и провоенная риторика на фоне общественной усталости от войны и недовольства непопулярными мерами — от повышения налогов до блокировок интернета — только отталкивает избирателя. Исправить ситуацию можно было бы через традиционную коррекцию итогов в «электоральных султанатах», но значительная их часть — национальные республики, где ЛДПР исторически недолюбливают и население, и местные власти (Жириновский открыто предлагал упразднить национальные субъекты). В таких условиях «Новые люди» выглядят более удобным кандидатом на роль «вторых».
При этом стабильные традиционные рейтинги НЛ (в районе 5−7%) показывают, что общество воспринимает их в лучшем случае как четвертую партию. Поэтому Кремль и партийные технологи прибегают к уже отработанному приему: выпускают формирующие опросы, которые призваны убедить граждан, что у «новых» есть реальные шансы на второе место. В 2021 году похожий опрос ВЦИОМа, где НЛ якобы преодолевали 5%-й барьер, вышел незадолго до дня голосования — и фокус удался: партия получила парламентскую фракцию.
Ту же тактику применяют и сейчас. Тем более что рост рейтинга НЛ выглядит относительно правдоподобно — партия публично выступает против жестких ограничений в интернете. Поэтому не исключено, что манипуляция сработает вновь: сотрудничающие с «Новыми людьми» технологи уже объясняют «взрывной» рост рейтинга и прогнозируют, что в ближайшее время НЛ будут конкурировать уже не с другими системными партиями, а непосредственно с «Единой Россией».
Выход Ремесла
Прокремлевский блогер и юрист Илья Ремесло, которого также можно назвать низовым политтехнологом-подрядчиком АП и, возможно, спецслужб, внезапно выступил с резкой критикой российских властей и лично Владимира Путина. «Война ведется исключительно ради комплексов Путина, мы, рядовые граждане, ничего не получаем от нее, а только теряем», — написал он в своем Telegram-канале, назвав главу государства «военным преступником и вором». Ремесло раскритиковал ход войны, упомянув «мясные штурмы», указал на нарастающие проблемы в экономике и сделал вывод: «нам нужен новый современный президент».
Досталось и главе политблока Сергею Кириенко, который в том числе координирует борьбу с оппозицией. Еще совсем недавно в этой борьбе активно участвовал сам Ремесло: писал доносы на Алексея Навального и Фонд борьбы с коррупцией, был фактическим организатором уголовного дела против Навального за «оскорбление ветерана». Позже ФБК выяснил, что Ремесло получал деньги от Кремля через политтехнологов, тесно сотрудничающих с АП. Кроме того, он регулярно появлялся в провластных СМИ в роли эксперта-юриста, комментируя события, связанные с оппозицией и ситуацией в западных странах.
Критическое заявление от «солдата вертикали» — событие само по себе экстраординарное. Причины могут быть разными: психологический срыв, возможное возбуждение уголовного дела (блогер активно занимался сборами на нужды армии). Есть версия, что Ремесло выступает в роли провокатора — «троянского коня», призванного выманить недовольных ультрапатриотов, но она не выглядит самой правдоподобной. Издержки от такой «наживки» для АП или спецслужб значительно превышают возможные выгоды: заявления Ремесла обсуждает весь политизированный русскоязычный Telegram, а его «прозрение» начинает восприниматься как симптом нестабильности внутри самой вертикали.
Любая из возможных причин действий Ремесла ничего хорошего о настроениях в российской власти не говорит. Если у него действительно произошел срыв, в ходе которого он озвучил реальные взгляды, — это признак общей усталости среди оплачиваемых Кремлем лоялистов. Они какое-то время терпели войну в ожидании победы, но теперь разочаровываются. Этому способствуют ухудшение экономической ситуации и блокировки интернета — в частности, Telegram. Сама блокировка мессенджера могла стать триггером: именно на этой площадке провластные блогеры собирают средства на фронт (не забывая и себя) или привлекают донаты. Государство, борясь с Telegram, лишает собственных интернет-солдат заработка — похоже, чиновники даже не задумываются об этих потерях. Борьба с мессенджером уже спровоцировала критические высказывания со стороны всегда лояльного Кремлю публициста Дмитрия Ольшанского. Таких настроений будет только больше: для этих людей свой карман важнее абстрактной поддержки власти, суть которой они давно понимают.
Не исключено, что Ремесло решил заранее выставить себя оппозиционером накануне возможного уголовного дела, о котором он мог узнать благодаря связям в АП и силовых структурах. Раньше подобную тактику использовали региональные политики или лоялисты-активисты, попавшие в немилость. Но в последние годы ее сменил другой паттерн: ультралоялизм, ритуальные заверения в верности Путину, а в военное время — еще и просьбы отправить на фронт. Ремесло предпочел старый рецепт, видимо, считая его более перспективным на будущее, — и это само по себе говорит о сомнениях в устойчивости системы.
Вскоре после критики Путина Ремесло оказался в психиатрической больнице. Учитывая, что его родственники — известные психиатры, госпитализация могла быть организована для того, чтобы оградить блогера от уголовного преследования (хотя версию с карательной психиатрией полностью исключать нельзя).
Значение этого демарша не стоит переоценивать: слова блогера не спровоцируют протесты или массовые выступления. Ремесло вряд ли открыл глаза тем, кто хоть немного интересуется политикой и экономикой, и тем более не удивил элиты, которые давно в курсе всех особенностей российской власти. Важно другое: прямые обвинения в адрес Кремля и Владимира Путина начинают казаться вполне системным игрокам перспективной тактикой на будущее.
Изгнание Свинцова
ЛДПР лишила партийного билета депутата Андрея Свинцова, который активно оправдывал блокировку интернета и Telegram в частности. Парламентарий отчитывал россиян, выступающих против ограничений, утверждая, что они якобы не замечают усилий государства по обеспечению их безопасности. «Если мне скажут: ты никогда не сможешь ходить в театр, кино, места массовых скоплений людей. Ты не можешь ездить на метро, летать на самолете. Ты должен ходить, озираться. Зачем мне нужен интернет? Вообще весь интернет», — убеждал он.
Разумеется, Свинцов всерьез не рассчитывал, что подобные рассуждения кого-то успокоят или снизят градус недовольства. Накануне думской кампании он пытался продемонстрировать свою полезность Кремлю, который приветствует, когда парламентарии или сенаторы берут на себя негатив от непопулярных мер. Депутаты от ЛДПР давно специализируются на громких запретительных инициативах, привлекающих внимание АП, и эта схема считалась вполне рабочей. Михаилу Дегтяреву, например, именно такая раскрутка через заведомо токсичные, но цитируемые предложения помогла сначала стать губернатором Хабаровского края, а затем министром спорта.
У Свинцова же уже накопились проблемы: его подозревали в продаже мест на круглые столы в Госдуме, после чего ему пришлось уволить нескольких помощников. По мере развития скандала стало ясно, что у депутата серьезные трения с руководством ЛДПР, которое не горит желанием видеть его в новом созыве парламента. Лидер партии Леонид Слуцкий стремится сформировать фракцию из лояльных себе людей, плюс выделить места под спонсоров. Свинцова можно отнести к «старой гвардии» ЛДПР — аппаратчикам, близким к покойному Владимиру Жириновскому. Слуцкому, который с удовольствием эксплуатирует образ Жириновского в агитации, такие фигуры не нужны.
Скорее всего, Свинцов полагал, что активное оправдание блокировок даст ему защиту со стороны политблока АП, но этот расчет не оправдался. Исключение из партии произошло явно с одобрения Кремля — об этом красноречиво говорит критика в адрес Свинцова со стороны Андрея Лугового, экс-сотрудника спецслужб, которого Кремль пристроил в партию после истории с отравлением Литвиненко. Пытаясь показаться полезным, Свинцов добился обратного эффекта: он лишь подогрел недовольство по горячей и проблемной для Кремля теме. Блокировки интернета вызывают раздражение и в столице, и в регионах, а официальные аргументы о «безопасности» давно не вызывают доверия.
Кроме того, Свинцов нанес удар по позициям самой ЛДПР. В Кремле пока окончательно не отказались от идеи вывести эту партию на второе место по итогам думских выборов, и подобная активность депутата явно мешает этим планам. Скорость, демонстративность расправы и четкие указания на причину («слишком много и не то говорит») показывают, насколько серьезной проблемой для власти стала тема блокировок интернета и Telegram. Привычные увещевания о безопасности, вредном влиянии врагов России уже не работают.
Андрей Свинцов стал первой жертвой, призванной хоть немного притушить общественное недовольство. Кремль демонстрирует, что даже чересчур рьяные охранители, оправдывающие любое действие властей, могут попасть под репрессии, а политический менеджмент готов приносить ритуальные жертвы. Тем более что Свинцов, который и без того не попал бы в новый состав Госдумы, давно уже не представляет никакой ценности ни для политического блока АП, ни для ЛДПР в ее нынешнем виде.
